Dark Butler.War Of Her Majesty.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Butler.War Of Her Majesty. » Архив Квестов и Флеш-беков » "Мастер и коллекционер."


"Мастер и коллекционер."

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

1. Участники флеша
Angela Blan, Drossel Kainz.
2. Предполагаемое место/время
Раннее утро/день, середина осени.
3. Пара слов о сюжете.
Свершилось. Она создала себе верного слугу, котороый когда-то был таким грешным, но она очистила его, теперь он может существовать в ее мире. Мире чистоты и непоросности. Чем же он может служить ей? Раньше когда-то этот человек был кукольником, точнее, мечтал стать, но отец был против такого душевного порыва сына, но это не помешало тайно создавать красивых кукол. Теперь он сможет творить их сколько захочет... А что, если очистить капризных девчонок высшего света, прекратив их в больших кукол? Тогда ангел соберет себе сильную армию марионеток...

http://s002.radikal.ru/i200/1102/2a/bb44dcb28cb7.png

0

2

Ночь пролетела на удивление быстро, пока ангел была погружена в работу,  она совсем позабыла о времени. Начинало светлеть, небо было чисто от облаков. Анжела, прибывая все долгие месяцы дождей в глубокой печали, пристально смотрела на чистое и спокойное творение. Творение, которое принадлежало её и только ей. Ясными осенними ночами она думала о этом дне, о этом моменте. Она тщательно проматывала в голове каждую часть своего великолепного плана, она уже давно видела в памяти этот самый миг, миг, который поможет ещё на шаг прикоснутся к заветной мечте. Стараясь не давать воли чувствам, девушка облизнула пересохшие на ветру губы. Она отлично понимала, что нет пути назад. Спокойные воды, цветущие луга, мягкий ветер и одинокий ангел стоящий по среди кладбища, над своим творением. Картина была более, чем дополнена. Лёгким движением руки, Анжела выбросила кисть, которая уже отслужила своё, и больше не понадобится. Не думая не о чём, девушка обошла своё творение и задумчивым взглядом озарила его с ног до головы. - Идеален ... - Единая мысль проскользнула как гром среди ясного неба.  Ангел выгнулась и подняла руки к небу. Прикрыв глаза, она произнесла : - Поднимись! Встань мой верный слуга, обещай служить мне, во имя Бога! Поклянись в верности, и обещай, что не придашь! Скажи, что будешь стараться и выполнять всё, что я прикажу. Ну же! Встань, ибо я дарую тебе жизнь! Выдержав достойную паузу, ангел прибавила. - Ты теперь чист, войди же в мир грешный и помоги мне очистить его от скверны! - Закончив, Анжела посмотрела на слугу.

0

3

Вечность, которая длится мгновение. Имена и лица, уже забытые, уже не всплывут в его памяти. И голоса, такие близкие, теперь звучат издалека. Всё прошло, промчалось, просочилось сквозь пальцы. Наши судьбы, когда-то пересечённые, отныне строго параллельны. Наша поступь замолкнет, как замолкают шум жизни с наступлением зимы. А как смеялись и болтали люди на улицах!.. Ничто не изменилось с того дня, когда он был еще полон жизни. Ни одна из повседневных мелочей не стала иной оттого, что человеческая душа, живая человеческая душа, искалечена насмерть. Все это было и раньше. Струилась вода фонтанов, чирикали воробьи под навесами крыш, так они чирикали вчера, так будут чирикать завтра. А он… он мертв.
Или нет? Казалось, но проспал всего лишь несколько часов, как вдруг резкой болью отдалось все в теле, он вновь чувствовал! Это конец мгновения старой жизни, начало новых мыслей, которое продлится для него вечность. Как странно, он не мог вспомнить ровным счетом ничего, что же было с ним до сего момента. Хотя, кое-что он помнил - свое имя. Дроссель Кейнс... Кажется, еще что-то о том, как мастерить кукол. Выходит, он мастер, творящий игрушки? Как забавно. В груди еще сохранилась далекая память о том, что когда-то внутри бились ощущения и эмоции. Теперь все как-то спокойно и пусто.. но так хорошо! Порыв ветерка приятно встрепенул его волосы, но он вновь не смог понять, холодный ли этот ветер или нет. Немного помедлив, он открыл глаза. Холодное небо цвета стали открылось его взору. Нельзя было понять, есть ли на нем облака или нет, оно имело приятный однотонный вид. Краем глаза он заметил голую ветку дерева и край темного ствола, так ярко контрастирующий с серым небом. Осень... Кейнс любил ее, вернее, думал, что любил, поскольку совершенно не помнил этого. Осень – время подвести итоги и проанализировать сбывшееся. А после этого – смыть проливным дождем все неудачи и вдохнуть свежий воздух будущего, в котором небо будет чистым и безоблачным, прозрачным и невесомым, каким бывает только осенью. Чистота... Он действительно очнулся после долгой тьмы, а его душа была пуста, словно белый лист бумаги. Чей-то голос звучал непривычно и немного жутковато после долгой тишины. Но прекрасный тембр голоса очень понравился мастеру. Он приложил немало усилий, чтобы подняться и сесть. Тело как-то странно скрипнуло. Дроссель осмотрел свои руки в белоснежных перчатках, синий камзол, а потом его взгляд упал на прекрасный лик. Она стояла, как ангел, ее спокойные фиалковые глаза смотрели на его как-то изучающе, но вполне довольно. Внезапно он захотел служить ей хоть всю вечность, лишь бы она хоть раз одарила его чудесной улыбкой... Приложив еще несколько усилий, чтобы освоиться в теле, мастер встал с твердого камня, на котором лежал, а потом сразу встал на одно колено, склоняя голову.
- Я клянусь, госпожа, я буду служить тебе, моя верность будет нескончаема, и что бы вы ни приказали, я исполню... - собственный голос прозвучал совершенно отчужденно. Он даже забыл, как он звучит!
От скверны... Я очищен! О, боги, вы даровали мне свою милость! Благодарю вас.. и вас, моя госпожа! Отныне моя жизнь в ваших руках... Оглядевшись, Кейнс понял, что они находятся на кладбище. Травой зарастают могилы, — давностью зарастает боль. Ветер зализал следы ушедших, — время залижет и кровяную боль, и память тех, кто не дождался родимых и не дождётся, потому что коротка человеческая жизнь и не много всем нам суждено истоптать травы…

0

4

[Анжела Блан]

Получилось... Она и не сомневалась, что все выйдет так, как она того желала. Все же, внешне он вышел прекрасным, даже ангел признает... Но вот все ли она учла, вселяя в него жизнь? Все прошлые воспоминания удалены, они никогда не узнает, кем был раньше, остались только знания о том, как делать кукол и его имя...
- Дроссель Кейнс. - мягко пропела Анжела. - Теперь ты - мой верный слуга. Ты ведь умеешь делать кукол, верно?
Она провела пальцами по линии подбородка юноши. Холодная бледная кожа была приятной на ощупь. Резкий порыв ветра заставил ангела сжаться, сейчас она казалась такой беззащитной, как тростинка. А ему хорошо, он не чувствует ровным счетом ничего. Поправив плащ, Анжела смахнула свечу и краски с каменной плиты, слегка ободрав ладонь. Ничего страшного... я даже не ощущаю боли. словно экстаз... Да, я предвкушаю очищение... Блан качнула головой, приказывая юноше встать. Итак, для начала стоит убедиться в том, чо он подходит и она не совершила никаких ошибок.
- Дроссель, я дала тебе один шанс начать жизнь с чистого листа. Твое прошлое погрязло в скверне. Знаешь, как это ужасно? Но тебе посчастливилось получить снисхождение! - Анжела расправила крылья и слегка улыбнулась. - Путь очищения завершен, теперь ты обязан служить мне. Если станешь послушным, я буду поощрять тебя... Но ты должен поклясться мне, что не станешь искать ответов на свое прошлое. Ты меня понял?
Ах, как он смотрит на нее! Еще бы, не многим довелось в своей жизни созерцать ангелов. Если бы взгляд не был таким пустым, она бы сочла его полным обожания... Хотя, одно другому не мешает. Вновь порывистый ветер... Ах, как надоело! Анжела прошлась вокруг каменной плиты и задержала свой взгляд на небе цвета стали. Холодность и спокойствие туманного Альбиона навевали какую-то тоску, но ей здесь очень нравилось. Порой хотелось забыться и хоть немного расслабиться... Подойдя к Кейнсу со спины, она провела рукой по его плечу. Да, совсем не отличить от живого. Пальцы коснулись стыка на шее, позволяющей вращаться вокруг свое оси. Улыбнувшись, Блан обхватила голову парня руками и стала поворачивать. Когда для обычного человека должен был наступить предел, голова продолжала крутиться, пока не совершила полный оборот. Казалось, Дроссель и не удивлен вовсе. Анжела тихо хохотнула, заглядывая в его лиловые глаза. А ведь как похожи.. Словно в свои смотрю... почти.
- Ты что-нибудь почувствовал, мой кукольник? - она довольно кивнула. - Ты не ослышался. Я хочу, чтобы ты делал мне кукол. Много и самых разнообразных. Пройдешь испытание, и я доверю тебе более сложную работу.
В самом деле... Сделать куклу из человека, как и он сам... Нет, она постаралась над Кейнсом, остальные не смогут быть лучше его... Разве ,что материал стоит подбирать более прочный. Что ж, он сам об этом подумает, благо, она оставила ему эту способность. Безмозглый глупец ей не нужен, и так все вокруг просто ужасно раздражают своей тупостью. Хотя, что ожидать от соломы? Анжела не ждала чего-то блистательного, но зато у юноши должны были быть золотые руки, по крайней мере - прирожденный талант, который хотел пригубить в нем ее отец. Вот глупый. Чем ему мешал такой сын? Скверна... Он весь дышал скверной, как это ужасно. Анжела спряталась за спиной кукольника от ветра. Какие же страшные порывы, словно надвигается буря. А вдалеке и правда все слышнее орган. Кажется, та церквушка вовсе не такая заброшенная, как могло показаться на первый взгляд. Да, приятная мелодия, ласкающая слух... Ах, неужели она стала ценить людское искусство? Наверное, все дело в умении и инструменте. Орган - это особый инструмент, его строение изумительно и сложно. Вы же никогда не встретите маленький органчик, его устройство подразумевает крупногабаритность. А звуки... ну только сравните с чем угодно - ничто не издает ничего подобного. Этот звук идет словно из утробы, такой душевный и глубокий, льется где-то в высоте, одновременно с тем ложась тяжелым ощущением в груди. Тяжелым, не значит, чем то мешающим, скорее, просто ощутимым. Более высокие ноты ласкают слух, как пение ангелов, а низкие продолжают колыхать что-то в груди. Посмотрев в лицо кукольника, Анжела не увидела в нем ничего, только пустоту. Ну да, ты же хотела верного слугу, а не друга. Поэтому не стоит требовать от него чего-то большего. Он простая марионетка... Но, должно отметить, весьма не плохо вышел. Я просто молодец. Да, молодец! Я посмела бросить вызов Творцу! Пусть, он не так удачлив, как хотелось бы, но я буду совершенствоваться, как и он сам. Ведь в его сознании так и читается идеализм - следуя моим указаниям, Кейнс будет стремиться искать пути, которые приведут к лучшему варианту, наиболее идеальному... Довольство и наслаждение собой расплывалось в ней, заглушая все прочие ощущения. Да, как приятно, в самом деле... Но, не стоит задерживаться здесь надолго, все же холодный ветер продолжает донимать, и не поспоришь с погодой. Серые тучи, перекатывающиеся по небу, скоро принесут дожди, это уже ощущается в воздухе. Такое некое особое затишье перед ливнем, да еще такие сильные порывы ветра... Определенно, стоит поспешить.

0

5

Стоило привыкнуть к ощущениям, творящимся у его внутри. Вернее, к полному их отсутствию. Юноше было так спокойно и приятно, словно он провалился в какую-то легкую дрему и ему снится этот совершенный мир. Очиститься от скверны... Как он был благодарен госпоже за сию доброту. Пожалуй, верным способом отблагодарить ее была верная служба. Да, он станет для нее преданным слугой, она не пожалеет о том, что выбрала именно его! Пожалуй, только стоит сперва разобраться в себе, поскольку все так кажется теперь словно в новинку... Но это воистину необыкновенные ощущения.
- Теперь ты - мой верный слуга. Ты ведь умеешь делать кукол, верно?
Она назвала Кейнса по имени. Как приятно было слышать его из уст столь великолепной девушки. Дроссель встрепенулся, услышав о куклах, но виду не подал. Как она узнала?... ах, наверняка ей и в самом деле все известно, ведь она дала мне второй шанс. Говоря о скверне, она подразумевала мое прошлое... Очистив меня от него, это значит, очищение от скверны? Наверное, случилось и впрямь что-то жуткое, я не хочу вспоминать. я хочу сохранить надолго подобное ощущение, как сейчас.
-Да, госпожа... Я учился делать кукол с детства, но... Я не помню обстоятельств, но, кажется, людям нравились мои игрушки. - неуверенно промолвил юноша, опуская взгляд.
Леди была просто прекрасна, даже один взгляд на нее сравнивался с подобием греха. Она чиста и невинна, как белая лилия. Она была так же хрупка, как сей цветок - резкий порыв ветра качнул ее, как бутон. Однако, сам мастер ничего не ощущал - вот еще одна странность, к которой стоит привыкнуть. Как забавно... меня, наверное, долго пугать это, но я не боюсь... Рядом с госпожой мне ничего не страшно. Она и впрямь ангел. Увидев белые крылья за спиной, Дроссель лишь широко распахнул глаза, смотря на великолепие, открывшееся ему. Ну кто способен остаться равнодушным, когда видит неземное чудо? Яркие белые перья так и выделялись чистотой на фоне черного кладбища и невзрачных камней. Весь этот мир мгновенно казался прогнившим до основания, поскольку чище ангела не могло быть ничего.
- Путь очищения завершен, теперь ты обязан служить мне. Если станешь послушным, я буду поощрять тебя... Но ты должен поклясться мне, что не станешь искать ответов на свое прошлое. Ты меня понял?
Дроссель внимал каждому ее слову, боясь пропустить  хоть одно. Приятный нежный голос лился ручьем, лаская слух. Он хотел слушать его еще и еще.
- Да, моя госпожа. Я стану для вас кем угодно, только прикажите. И я клянусь, что не стану искать нити прошлого. Я благодарен вам за нынешнюю жизнь. - Кейнс склонился перед ангелом, желая показать свою покорность.
Все так, и никак иначе. Все существование напоминало течение медленной реки. Вот и он плыл по ней, совершенно не сопротивляясь. Воля господина - русло, юноша понимал, что теперь его задачей является именно служба прекрасному ангелу. Да ему повезло - вряд ли кто мог похвастаться тем, что хоть раз в жизни встречал такое создание света. Все же они и впрямь существуют... Когда он ощутил руки девушки на своей щеке, то напрягся. Легкие прикосновение, подобные теплому ветерку, они будоражили сознание... Он послушно разрешил покрутить голову. Когда та обернулась вокруг своей оси, юноша даже не слишком удивился. Наверняка, это очередной дар ангела. Да, так и есть, она решила сделать его особенным. Дроссель прикрыл глаза, пытась сохранить в памяти прикосновения госпожи.
- Ты что-нибудь почувствовал, мой кукольник? Ты не ослышался. Я хочу, чтобы ты делал мне кукол. Много и самых разнообразных. Пройдешь испытание, и я доверю тебе более сложную работу.
Вновь это ощущение, будто его вновь вернули к жизни. Куклы! Да он мечтал об этом всю свою жизнь! Помнится, ему что-то мешало, но уже и не вспомнить что. Но зачем думать о чем-то постороннем, к тому же полным неприятных отпечатков в памяти. Теперь же все в руках Кейнса или кукольника, как назвала его хозяйка. Нет сомнений в том, что теперь Дроссель станет стараться изо всех сил, чтобы оправдать доверие. Да, безутешный идеалист-романтик, самый тяжелый случай, который можно только представить. Но у него не было эмоций - а это огромный плюс, ведь они только мешают мыслить, сбивают ход любой идеи и заставляют принимать неверные решения.
- Нет, госпожа, я... Чувствовал только ваши приятные руки. - медленно проговорил он. - Моя леди! Я сделаю вам всевозможных кукол, каких только пожелаете! Клянусь, я стану вашим мастером, а вы соберете самую большую коллекцию кукол, прекрасных кукол - я добьюсь этого! Только скажите, какое испытание я должен пройти?
Госпожа стояла за его спиной, он чувствовал это. Некая связь между творцом и созданием, это как некая ниточка, соединяющая их сквозь время и пространство. Он понимал, что хозяйке крайне неприятно находиться на этом ветру, но она не приказывала ничего своему слуге, поэтому он должен покорно дожидаться ее решения о дальнейших действиях. Кукольник поднял руку, сгибая и разгибая пальцы, осознавая, что вновь может двигаться. Чудесные ощущения... Ему не терпелось начать свою работу, где-нибудь в тихом месте, где никто не потревожит. Пожалуй, откуда-то издалека может звучать тихая музыка, как сейчас. Он навсегда запомнит этот день, день своего перерождения, очищения от скверны. Разве можно забыть эти чудесные глаза и прикосновения рук ангела?

0

6

[Анжела Блан/Эш Ландерс]

Анжела устала прятаться от ветра. Наверное, ничего страшного, если она сменит облик - даже, если здесь увидят дворецкого королевы, никто ничего не подумает. Да и кто мог помнить о какой-то рыжеволосом юноше, похороненном здесь год назад? Блан плавно и незаметно сменила облик и отошла на пару шагов назад. Теперь же, по идее, Дроссель должен удивиться. На губах ангела заиграла усмешка.
- У меня два обличия, оба ты должен запомнить и служить мне, в каком бы я не предстал перед тобой. - Великодушно пояснил Эш. - Идем, нет смысла задерживаться здесь.
Эш прокручивал сказанные кукольником слова. "Да, моя госпожа. Я стану для вас кем угодно, только прикажите. И я клянусь, что не стану искать нити прошлого. Я благодарен вам за нынешнюю жизнь." Если бы это сказал какой-то человек, Ландерс лишь рассмеялся ему в лицо, пренепременно попутно унизив, а затем попросту проткнул клинком. Все это было настолько смешным и абсурдным - люди не могут быть верными никому, как бы они не клялись и не лезли из кожи вон. У всех есть свои предлоги и причины, да мало ли что - они просто будут следовать своим интересам и предубеждениям. порой руководствуясь только собственной выгодой; многие же просто боялись за свою жизнь и спасали свой зад, который совершенно был не нужен этому миру. Эш сжал кулаки - он заставит их всех пожалеть! За своего кукольника он мог ручиться смело - он его создатель, нити марионетки, обволакивающие Дросселя. полностью принадлежали одному ангелу, и так будет до тех пор, пока он сам не бросит их. Ну что ж, пока рано думать о таком, кукла и впрямь должна еще доказать свою пригодность - а вдруг у него есть дефекты?
- Моя леди! Я сделаю вам всевозможных кукол, каких только пожелаете! Клянусь, я стану вашим мастером, а вы соберете самую большую коллекцию кукол, прекрасных кукол - я добьюсь этого! Только скажите, какое испытание я должен пройти?
- Оставь пока. Сделаешь, успеешь. Это и будет твоим доказательством... Пойдем, поднимемся на часовня, мне там очень понравилось. - махнул рукой Эш, приказывая кукольнику следовать за ним.
Сначала мастер должен будет сделать обычных кукол, дабы Эш удостоверился в том, что эти игрушки и впрямь красивы. А затем... Кого бы выбрать первой жертвой? Да хотя бы внучку обрюзгшего маркиза Беккета. Она сама была далеко не красавицей, поэтому, если у кукольника не получится с первого раза - они не многое потеряют. Как бы это жестоко не звучало, Эш совершенно не испытывал какой-то жалости или сочувствия. Для него люди и так были как куклы, не многим отличаться они станут и после рук мастера - разве только станут особо послушными. Хм, а ведь это и правда интересная мысль создать армию марионеток. Ландерс подошел к дубовой двери, которая скрывала темный проход и провел по ней рукой. Оттолкнув от себя дверь, он вошел внутрь. Какая-то таинственность окутала это место, да и вообще весь Альбион был полон загадочности; осень вносила свою лепту в это состояние. Как вовремя они решили войти в часовню - из скопившихся серых туч хлынул дождь. Поднимаясь по лестнице, ангел чувствовал, как Дроссель следует за ним по пятам, ступая след в след. Усмехнувшись, он почувствовал себя каким-то ребенком, с увлечением играющим с новой игрушкой. Только последняя двигалась сама, и к ней он испытывал особый интерес. Что он может, что умеет? Вряд ли он нуждается в простых человеческих потребностях - на самом деле он по большей части кукла, не более. Но ангел не мог отрицать и того, что Дроссель выглядел довольно правдоподобно и по-особому живо, вот только взгляд оставался холодным и стеклянным.
- Тебе здесь нравится? - проговорил Эш, смотря с самого верха часовни - здесь часть крыши уже разрушилась, образуя отличную смотровую площадку. - Не хватает только музыки... Впервые я готов забыть, что умею летать и готов просто помечтать об этом, как любой безнадежный мечтатель.
Обернувшись к кукольнику, Эш заметил, что то тот молча стоит и смотрит на господина. Как скучно. Надо ему сказать, чтобы хоть немного вел себя как человек, иначе зачем я делал себе слугу, за которого буду делать все сам? Нет, здесь ставился акцент лишь на некоторых качествах - он все будет делать сам, но при этом полностью слушаться меня. Эш подошел поближе к мастеру и сурово заглянул в его глаза. Да, наконец-то в тех что-то блеснуло, похожее на тревогу. Он должен бояться, иначе в чем радость? Губы Эша растягивались все в более широкую и насмешливую улыбку. Зрительный контакт длился всего несколько мгновений, но Ландерс знал, что кукольник все понял.
- Ангел из древних сказаний, часто приходит во сне. Правдою сон обернулся - он явился и тебе. - чарующе прошептал Эш, чуть отходя назад. - Часто ты будешь слышать голос, он будет звать тайно. Знай, что буду с тобой всегда я рядом, твой неземной ангел.
Сделав паузу, Эш развернулся, смотря на то, как дождь роняет свои струи вниз. Странно, по такому холоду можно было подумать, будто собирается снег. Вздохнув полной грудью, ангел продолжил свою беседу, не особо рассчитывая на ответ мастера. Кукла и кукловод. А ведь он, наверняка, считает себя человеком.
- Только подумай, ты бредишь... Видно совсем позабыл... - прошептал Эш, а потом вновь обратился к рыжему юноше. -  История ведь не может быть правдой? Но все так, как есть!
Возможно, он и впрямь говорил бред, но ангелу хотелось еще больше зачаровать слугу, узнать, насколько он может проявлять себя, может ли что-то испытывать? Все просто - как эксперимент. Хорошо хоть холодный ветер не проникал сюда, можно было спокойно подумать.

0

7

Дроссель задумчиво оглядывался по сторонам - все казалось ему каким-то необычным, словно другим. Но что могло измениться? Наверное, он сам? Осторожно протянув руки вперед, юноша посмотрел на них, а потом провел по своему телу, пытаясь разобраться во всем. Все так, как обычно, только... Аккуратно стянув перчатку, кукольник посмотрел на руку. Вместо привычных пальцев обнаружились деревянные шарниры, имитирующие руку. Возможно, он был удивлен, только принял все, словно это и должно быть именно так, и никак иначе. Дроссель надел перчатку обратно, как за спиной прозвучал незнакомый голос. Вместо госпожи рядом стоял высокий светловолосый мужчина, вот только глаза у него были такие же...
- У меня два обличия, оба ты должен запомнить и служить мне, в каком бы я не предстал перед тобой. Идем, нет смысла задерживаться здесь.
Дроссель кивнул, делая медленный шаг, потом другой. Далее он шел уже более уверенно, стараясь не отставать от своего хозяина. Вероятно, ощущения, все же присутствующие внутри, могли ознаменовать его восторг и желание скорее что-то сделать для господина. Тот пожелал подняться в часовню. Дроссель чуть приостановился, у подножия этого сооружения, напоминавшей башню. Здание было давно заброшено, хотя камень крепкий - до сих пор не дрогнул, только тронулся растительностью, а так же спрятался за лозами дикого винограда в переплетении с хмелем. Дверь уже еле держалась на петлях, но при этом они сильно проржавели, что затрудняло ее открытие. За дверью открылся зияющий чернотой проход, совершенно не манящий к себе. Но господин уже шагнул туда и растворился во мраке, поэтому кукольник поспешил не отставать. Чем быстрее они будут идти, тем скорее выберутся из темноты. Даже не видя лорда, Кейнс чувствовал его, поэтому держался как можно ближе, чтобы не отстать, но не так близко, чтобы случайно наступить ему на пятки. Наконец, они выбрались на свет, но только все небо еще сильнее затянуло тучами. А затем пошел дождь. Дроссель никогда бы не подумал, что будет рад слышать его шелест. Словно какая-то жизненная сила, дождь наполнял все вокруг своей свежестью и прохладой, которую кукольник уже не мог ощущать. Но это не мешало ему наслаждаться великолепием природы. Он так соскучился по всему этому... а раньше даже не замечал, что это может быть настолько прекрасным. Рыжий юноша пытался понять, нравится ли господину дождь, но понял одно - здесь не было ветра, а, значит, тот не замерзал. Устремив свой взгляд вдаль, Кейнс смотрел, как крупные капли шуршат по грязно-охристой листве, устилающий подножия деревьев... Колеи от экипажа сейчас совсем развезет, так что будет весьма проблематично проехать по ним не застряв. Теперь начинаешь замечать все мелочи и наблюдать за ними, полностью погружаясь в приятную атмосферу. Хотелось остаться здесь подольше, не думать больше о чем-то обыденном, просто наслаждаться спокойствием и чувствовать через природу, ибо душа мастера больше не испытывала никаких эмоций. Ему только нравилось все красивое. его раздумья были прерваны голосом хозяина. Кажется, он что-то говорил... Нет, он все слышал, как иначе.
- Тебе здесь нравится? Не хватает только музыки... Впервые я готов забыть, что умею летать и готов просто помечтать об этом, как любой безнадежный мечтатель.
- Здесь красиво. - согласился мастер, не решаясь добавлять что-то лишнее.
В осени он находил удивительную сладкую тоску, которая являлась его ощущениями вне души, ибо теперь он не умел чувствовать. Наверное, это здорово... Я чувствую себя более свободным, более... легким... Очищенным от скверны, должно быть. Тем временем господин оказался совсем рядом и заглянул в глаза своего слуги. Дроссель не выдержал и опустил взгляд - он чувствовал, что некрасиво так нагло смотреть в столь прекрасные глаза. Создатель и господин, он был всем, что обязывало кукольника к существованию. Как глоток воздуха для обычного человека. Кажется, он хочет, чтобы Кейнс сделал что-то? Но вот что?
- Ангел из древних сказаний, часто приходит во сне. Правдою сон обернулся - он явился и тебе. Часто ты будешь слышать голос, он будет звать тайно. Знай, что буду с тобой всегда я рядом, твой неземной ангел.
Дроссель замер, чуть подавшись вперед. Как его манил этот голос, да любое едва заметное движение. Сейчас все его внимание было приковано к лорду, он и впрямь ощутил некую связь, наверное, ту же самую, что сперва возникла во мраке. Ангел... Вы и впрямь, как ангел... хотя... почему как. Я готов считать вас настоящим ангелом... из сказаний. Кейнс подошел чуть ближе, слушая гармонию шороха дождя и голоса Эша.
- Только подумай, ты бредишь... Видно совсем позабыл... История ведь не может быть правдой? Но все так, как есть! - казалось, господина что-то терзает.
- Ангел из сказки, дарующий милость, будь же ко мне благосклонен! Ангел из сказки, я готов служить вам, таинственный и необыкновенный... - Кейнс заметил, как господин стал совсем рядом с краем - еще немного и он упадет вниз. - Вам не страшно? У вас довольно бледное лицо...
Кажется, он переборщил, сказал лишнее. Мастер опустился на колени перед хозяином, не желая разгневать его. Куклы... как бы мне хотелось скорее сделать хотя бы одну...

0

8

Игра безумства и гениальности. Да, он был одновременно и великим и ужасным, ибо ничто не могло остановить его перед достижением цели.
- Здесь красиво.
И в самом деле, все было восхитительно, вот только Ландерс терпеть ен мог осень, холод и дождь. Усмехнувшись, он продолжал наблюдать за мастером, словно за подопытным кроликом. Что думала кукла он угадать не мог - у людей это выдавали эмоции, нервные движения и  непроизвольные слова. Этот же не отличался чем-то, за что можно было зацепиться. Но всякое его движение заставляло ангела клокотать от смеха - каким тот выглядел забавным, словно ребенок. Эш прищурился - пустота во взгляде могла выдать, но кому какое дело, не будут же они изучать его подробно, ведь большинству людей было плевать на ближних. Как прогнил этот мир, такого отвращения я еще никогда не испытывал! Эш достал и убрал шпагу. Послушав приятный лязг, он прикрыл глаза. Вот уж не ожидал, что кукла тоже подстроится под веселый разговор ангела с самим собой.
Ангел из сказки, дарующий милость, будь же ко мне благосклонен! Ангел из сказки, я готов служить вам, таинственный и необыкновенный...
ЛАндерс аж поперхнулся - ничего себе, что этот кусок дерева мелет? Но, должно отметить, он вновь порывается верой и правдой служить ему. Не выдержав, Эш рассмеялся, довольно громко и беспардонно, но ему было все равно - перед ним кукла, он волен делать, все, что захочет. Ангелу нравилась его работа, целиком и полностью - от соломы в башке до лилии на щеке. Геральдическая лилия - почему он выбрал ее? Вполне вероятно, что ему просто нравился этот цветок, а еще когда-то во Франции лилии выжигали на плечах провинившихся женщин - или простопохотливых. А теперь эта лилия значила очищение от скверны и принадлежность Ландерсу. Как бы мне поразвлечься, пока дождь не закончится? До темноты у них еще есть много времени, да и с наступлением сумерек они могут лететь, вот только Эш не спал двое суток, поэтому был слегка раздражительным.
- Вам не страшно? У вас довольно бледное лицо...
- Ничуть! Высота мне не помеха, а радость! - рассмеялся Ландерс, раскидывая руки в стороны. Вот глупость - чтобы ангел боялся высоты! - Ты смешной.
Кажется, он смутил своего слугу - тот хотел проявить заботу о господине... Нет, все же не зря он сделал эту марионетку, хотя бы развлекать будет.
- День тревожит, будит ощущенья, а в темноте царит воображенье. Истинное чудо наступает ночью... Мягкий легкий шелест крыльев ночи - слушай, внемли, что он нам пророчит. Стоит это позабыть, путь фантазии открыть, лик увидеть беспощадной красоты. И слушать песню Темноты. - напел ангел, стараясь как можно больше впечатлить кукольника - ему нравилось видеть в его глазах какую-то особую искру. - Позабудь, что тебе твои глаза твердят, позабудь, жизнь которой раньше жил... Закрой глаза, пусть душа начинает свой полет, а в душе моя музыка живет.
Вот оно, рыжик был на крючке, он просто словно подался вперед, но не решался приблизиться. Тогда Эш улыбнулся, немного иронично, а потом стал подходить все ближе и ближе, усыпляя остатки прежнего сознания, оставшиеся в этой душе, которая претерпела очищение от скверны.
- Мягко ловко музыка ступает. Слух твой, дух твой исподволь ласкает. Разум успокой - путь фантазии открой в темноте, в чьей власти ныне ты -  во власти дивной песни Темноты.
Веки, накрашенные лиловым, опустились, скрывая глаза. Теперь кукловод полностью обратился в слух и внимал голосу своего создателя. Ангел давно не испытывал такого экстаза от совершенно работы - ну, можно же ему хоть иногда отвлекаться и просто играть?
- И шагни в незнакомый, странный новый мир, позабудь мир в котором раньше жил. Освободись от всех земных цепей. И тогда ты сможешь служить лишь мне.
Ландер ощутил будто ниточки напряглись. Он только прикажет - и кукольник сделает абсолютно все. Упиваясь триумфом, ангел раскрыл крылья и отступил назад. Наконец-то, после столь долгих ухищрений. стараний, неудач и ожиданий, он все же сделал очередной шаг, теперь он еще ближе к заветной цели. Пусть на сей раз это было и не такое великое достижение, но кукольник был некой эстетической детатью, которой можно просто любоваться, как произведением искусства.
- О чем ты сейчас думаешь, слуга? - беззаботно спросил Ландерс, вглядываясь в стального цвета небо и иссиня-фиолетовые тучи на горизонте. В противоположной стороне находился Лондон, но сейчас не было возможности видеть его. Интересно, а на что готов кукольник, чтобы доказать мне свою преданность? Неужно и впрямь на все? Задумчиво покусав губу, ангел развернулся к Кейнсу, рассматривая его вновь.

+1

9

Ненужные мысли вмиг вылетели из головы. После пробуждения мастеру категорически не хватало времени, чтобы все спокойно обдумать и привыкнуть. Господин все время что-то говорил и делал, не давая возможности просто собраться с мыслями. Но любопытство не оставило его, да и тяга к прекрасному все еще присутствовала... Интересно, а у него осталось сердце или нет? Просто он совсем не ощущал сердцебиения, но, возможно, оно стучало очень-очень тихо. Приложив руку в белой перчатке к груди, он попытался уловить биение, но ничего не почувствовал.
- Ты смешной.
Мастер вздрогнул, переводя взгляд на господина - тот осматривал его с усмешкой на лице, сопровождаемой ироничным взглядом. Кейнс немного смутился, но, кажется, милорд был доволен. Дроссель попытался улыбнуться, но губы его как-то плохо слушались. И вот хозяин запел вновь. Зачарованно подавшись вперед, он действительно внимал каждому слову, каждому звуку… Здесь даже не нужно было музыки – господин пел бесподобно. Кукольник хотел было подойти, но не осмелился, просто замер в напряженном молчании, обратившись в слух.
- Позабудь, что тебе твои глаза твердят, позабудь, жизнь которой раньше жил... Закрой глаза, пусть душа начинает свой полет, а в душе моя музыка живет.
То, о чем пел ангел, было не до конца понятно Дросселю, но сознание определенно ощутило волну вдохновения и ярко рисовало спетые образы. Для большего эффекта он закрыл глаза, растворяясь в пении. Голос господина стал громче – наверное, он подошел ближе. От одной мысли об этом Кейнс затрепетал – хоть кукольник знал его только пару часов, он догадывался, что лорд держит все в руках страха; ему ничего не стоило ударить слугу… но мастер будет служить ему верно, не станет огорчать, и тогда тот никогда не рассердится.
Когда лорд закончил петь, образы не таяли в голове. Позабыть свой прежний мир… Это казалось не так уж и трудно – вероятно, в этом ему помог господин. Он не жалел об этом, и, хотя ему было немного интересно, Кейнс понимал, что лучше не помнишь о прошлом. От одной мысли о прежней жизни рождалось неприятное ощущение, словно едкий осадок. Нет-нет, хватит, не думать
Ничуть! Высота мне не помеха, а радость! Хозяин не боялся – это стало сразу понятно, когда он рассмеялся и вновь раскрыл крылья. Это зрелище заставляло мастера опять замереть в восторге. Не смотря на пасмурную погоду, белоснежные перья так и светились чистотой. Очищен от скверны
- Ангел из древних сказаний… - прошептал Дроссель, опускаясь на колено. – Ангел небесный, страж и ментор, даруй мне свою милость. Ангел небесный, не скрывайся, тайну открой, мастер…
Он не был уверен, что сам захотел это спеть, но так было надо. Под пристальным взглядом создателя Кейнс очень нервничал. Стоит расслабиться и подумать о…
- О чем ты сейчас думаешь, слуга?
Казалось, хозяин знает о нем все. В самом деле, о чем? Дроссель ясно представлял себе тихое место, где неспешно витают в воздухе мысли. Хоть часы и отсчитывают минуты, время идет здесь по-особенному. Некуда спешить – впереди длинная ночь. Нет смысла чего-то ждать, он просто займется любимым делом… Что являлось для мастера всегда важным? Его куклы. Но мало кто ценил это… Если бы он только помнил хоть часть прошлого, мог бы понять, что ему просто всячески преграждали пути к самореализации. Так странно ощущать себя новым… Представьте, что вы писали в тетради, а потом вдруг что-то не понравилось, и вы вырвали листы – позади ничего нет, а впереди чистые листы, которые можно заполнять заново, как ты пожелаешь. Господин хочет, чтобы Кейнс творил, при чем он явно доверяет своему слуге – разве мало кукольников было в мире? Но почему-то выбор пал на него, поэтому рыжий юноша постарается всенепременно оправдать доверие. Господин не пожалеет о своем выборе.
- Я бы хотел сделать для вас куклу, милорд. – Тихо произнес кукольник, опуская голову вниз.
Из какого материала подойдет лучше? Наверное, об этом стоит подумать с особой тщательностью… Фарфор, атлас,  шелк, теперь перед ним должен открыться мир прекрасного творчества - а уж мастер сможет сделать неповторимых кукол, стоит только немного потренироваться.

+1

10

Вся эта игра все больше и больше нравилась ангелу. Он одновременно и веселился и отдыхал. От придворных интриг от всевозможных идей по поводу оскверненности мира… Но это пока, ведь в скором времени он намерен использовать Дросселя в своих планах – именно для этого кукольник и был создан. Вероятно, можно было выбрать и более надежные материалы, но некогда, да и сам мастер не должен быть необыкновенно крепким – таких он будет делать кукол, он всего лишь создатель, ему не нужны лишние детали.
Интересно, он может понимать меня без слов? Заинтересованно буравя его взглядом, Эш мысленно возжелал, чтобы кукольник продолжил его песню. Вот он опускается на колено… Да, не пение, но идею он понял. Вроде бы у него должен быть голос?
- Ангел из древних сказаний… Ангел небесный, страж и ментор, даруй мне свою милость. Ангел небесный, не скрывайся, тайну открой, мастер…
Самодовольно усмехнувшись, Ландерс пренебрежительно махнул рукой, давая ему приказ подняться. Вопрос о мыслях заставил взгляд кукольника еще больше затуманиться, но Эш не торопил его – пусть обдумает все, наверное, никак не привыкнет к новым ощущениям. Сложив руки за спиной, он прошелся со скучающим видом туда-сюда, разглядывая старую плитку, покрывающую пол. В некоторых местах она откололась, походя на проплешины. Колокола, соответственно, здесь тоже не было – его забрали в другое место, должно быть, в старую церквушку неподалеку, откуда слышалась игра на органе. Теперь же в воздухе витал только шум дождя, успокаивая и даруя какую-то внутреннюю гармонию. Ландерс со скучающим видом посмотрел на сырую землю, старые колеи от экипажа, расползшиеся от ливня. Как это угнетало. То ли дело зима, когда ровный слой снега, такого девственно-белоснежного, покрывает всю грешную землю, как саван. Мало кому удается понять все великолепие открывающейся красоты, а вот Кейнсу явно нравилась осень – он так все рассматривал, при чем с довольно мечтательным видом. Странный он все же, наверное, я переборщил. Ливень перешел в обычный дождь, где-то под сохранившейся убогой крышей бывшей часовни подали голоса две пташки. Наверное, последние, еще не улетевшие. Возможно, они и не успеют долететь – их убьют морозы, которые не за горами. Символично – так же погибнут неверные, вздумавшие пойти против его законов нового мира. Никто не укроется от своей участи, как бы они не старались, это игра только для ангела, он получает удовольствие от подобных затей, играет людьми, как фигурами на шахматной доске. Как много пешек, скорее избавиться от них и взяться за более интересные задачи.
- Я бы хотел сделать для вас куклу, милорд.
Эш повернул голову в сторону мастера. Вот ведь задумался, что даже забыл, где он. Да, вот оно – нетерпение. Ангел так же жаждал поскорее увидеть свой мир новым, как кукольник создать свою игрушку. Что ж, нужно удовлетворить его интерес, да и самому проверить способности данного мастера. Хотя Эш ни на минуту не сомневался, что сделал правильный выбор. Итак, материалы есть в старом доме – этот особнячок Ландерс прикупил год назад у одного умирающего графа, там он хранил всякие безделушки и выбирался туда крайне редко. Но стоило подождать, когда дождь закончится – ни лошадей, ни экипажа у него не было в данный момент, а по сырости его крылья двигались так грузно, будто были сделаны из металла. А уж вдвоем лететь три мили было особо глупо в данный момент.
- Переждем дождь, и я отведу тебя в мастерскую. Покажешь свой талант.
Глубоко вдохнув в себя прохладный воздух, несущий в себе пыль этого места, запах прелой мокрой листвы, Эш продолжал стоять у края. В светлом костюме даже не присесть никуда, а пачкаться он любил меньше всего. Уничтожить грязь… уничтожить… Затем он ступил через край и рухнул вниз. Падение длилось недолго - крылья поймали поток воздуха, и ангел мягко встал ногами на промокшую землю.

+1

11

Маленький пятилетний мальчик впервые выбрался в город с отцом. Мама осталась дома, поскольку отец собрался в город по делам. Мальчишка напросился, его мольбам чудом внемли, а он великодушно согласился ни в коем случае не тревожить папу по пустякам и вести себя совершенно тихо. Лондон оказался весьма значительным по размерам. Мальчик с семьей жили в пригороде, в тишине и покое. а отец часто выбирался в город на работу. Банкир. Сын очень хотел узнать, в чем же заключается эта работа. Отец привел его в свой офис, усадил на стул и попросил не мешать. Чтобы действовать наверняка, он сунул ему в руки карандаш и старые листы с отчетами, которые были уже ни к чему - человек, писавший эти заявления умер ан прошлой неделе. В кабинет то и дело входили разные люди, все довольно суровой натуры, мальчик тихо смотрел на них своими большими выразительными глазами из уголка, водя карандашом по старой бумаге. Он рисовал двух детей, играющих в саду под деревом, лошадь, пасущуюся на лугу, женщину в пышном платье, должно быть, королеву, которая держала в руках маленькую собачку... Все эти слова, которые говорил отец с незнакомыми людьми навевали тоску. Постепенно мальчика сморил сон и он не услышал, как папа что-то сказал ему.
- Эй, вставай, нам пора домой. Ты же еще хотел зайти в кондитерский магазин, чтобы присмотреть там себе что-то вкусное. Дроссель! - в конец рассердившись рявкнул отец.
Мальчик испугался, вздрогнув, и вскочил на ноги, взмахом руки задевая листы на соседнем столе. Они взлетели в воздух и опали, будто кленовые листья. Отец был зол - годовые отчеты, приготовленные к завтрашней проверке вмиг перепутались. Отец вызвал секретаря и велел со всем разобраться, но непременно пристыдил сына, что он такой неуклюжий. Мальчик не любил, когда отец орал или просто повышал голос, поэтому сжался в комочек и тихой тенью следовал за ним. Серые лондонские улицы как-то пугающе действовали на ребенка, он не привык к таким строгим зданиям, чопорности общества и вообще незнакомой обстановке. Отец постепенно оттаял, а потом все же сводил его в кондитерский магазин. Велев сыну выбирать любую сладость, сам он отошел, чтобы поговорить с одним старым знакомым. Мальчик долго не мог выбрать, что же ему хочется больше - сливочную помадку или мармелад, шоколадные конфеты или зефир? Но какой-то внутренний голос заставил его выйти из магазина и осмотреться - прямо по соседству располагался крошечный магазинчик, витрина которого была завалена куклами и прочими игрушками. Ребенок заинтересованно прильнул к витрине - в глубине небольшого помещения стоял старик и показывал маленькой девочке, как нужно управлять марионеткой. Тонкие нити, ведущие от ручек и ножек куклы к "кресту" в руках старика, казались совершенно незаметными, игрушка будто плясала, кланялась и жестикулировала сама по себе. Легкое волнение охватило мальчика, но. едва он хотел войти внутрь, как его резко дернул за плечо отец.
- Я велел быть тебе в магазине! Почему я должен бегать повсюду и искать тебя?
- Прости, папа... но я же тут совсем рядом, магазины соседние...
- Хватит, замолчи! Я больше ни за что не возьму тебя в город. И сладкого ты не получишь - в наказание за ослушание.
Отец взял его за руку и усадил в экипаж. Мальчик с тоской посмотрел на крохотный магазинчик, невзрачный и теряющийся среди всех этих больших зданий, а затем экипаж тронулся...

Дроссель сейчас не мог и представить, отчего куклы стали ему так милы - ему казалось, будто он всегда их любил. Не сказать, что с первого раза получилась хорошая кукла, мастерство пришло с опытом, но кукольник еще не был уверен в том, что готов сделать идеальную марионетку. Господин дал ему шанс и простор для творчества, а Кейнсу просто необходимо было выплеснуть все свои идеи в работу.
- Переждем дождь, и я отведу тебя в мастерскую. Покажешь свой талант.
- Слушаюсь, господин... - Дроссель склонил голову, но тут Эш буквально вывалился из часовни, заставив мастера замереть в изумлении.
Разумеется, лорд воспользовался крыльями. Но кукольник понимал, что не сможет сделать так же, поэтому слепо следовать за господином не стал. Он вернулся к лестнице и ступенька за ступенькой спустился вниз той же дорогой, что и пришел сюда. Кукольник медленно подошел к хозяину, не решаясь заговорить с ним. Тот осматривал его с какой-то мыслю в глазах, но мастер не мог понять, что именно думает господин, доволен ли им...
- Простите меня... я что-то сделал не так? - проговорил Кейнс без эмоций в голосе.
Эта фраза должна была быть сказана обеспокоенно, но в такой безэмоциональности она прозвучала немного жутко. Дроссель отступил на шаг назад, склоняя голову.

Мог бы кто-то подумать, что этот бунтарский мальчишка сможет стать таким послушным? Отец ехал в экипаже и рассматривал сына. И почему он всегда все делает по-своему? Ничего, он добьется от него того, что захочет, и когда он вырастет, непременно станет банкиром, как и все прошлые их предки. Сейчас мальчишка смотрел в окно и даже не думал о своей судьбе. Что еще делать пятилетнему мальчишке? Но отец был твердо уверен - с ним придется трудно.

0


Вы здесь » Dark Butler.War Of Her Majesty. » Архив Квестов и Флеш-беков » "Мастер и коллекционер."